Александр АНИСЕНКОВ

«Природа и человек», № 5, 1988

В СУДЬБЕ ПРИРОДЫ – СУДЬБА ЛЮДЕЙ

 

Природа не знает ни государственных, ни административных границ. Богатства ее не беспредельны. Вот почему один из важнейших вопросов современной жизни: как хозяйствовать, не разрушая природы? Как сочетать научно-технический прогресс с природоохранными задачами? Что предпринять, чтобы смогли ужиться технология с экологией?

Если вспомнить, законы об охране природы издавались еще в Древней Греции. Но не цивилизация, а прогрессирующее невежество и решительное наступление на природу привело к печальным издержкам.

— К потерям нам не привыкать. Но если мы погубим природу, больше нам терять будет нечего, — так начал  беседу писатель-фантаст А. П. КАЗАНЦЕВ

— Вы смотрели кинофильм о полете детишек на Кассиопею? — спросил Александр Петрович и, не ожидая ответа, пояснил: — Конечно, это детская игра, но вдумайтесь: ребята, преодолев расстояние в сотни световых лет, остались детьми. По теории относительности Эйнштейна, время звездолета должно замедлиться, и любое расстояние будет пройдено за мгновения, хотя на Земле промелькнут столетия. Многие это считают надуманным. Но автор  киносценария стремился ответить на некоторые вопросы и, в частности, реальна ли чужезвездная цивилизация.

— Если судить по вашему творчеству, вы и сами верите в ее реальность.

— Кое-кому нравится утверждение о нашем мировом одиночестве и исключительности во Вселенной. Между тем астрофизики из Европейского космического агентства открыли планетную систему у звезды Бета Живописца всего в 56 светогодах от нас. А ведь в одной только нашей Галактике двести миллиардов звезд, и в том числе не менее двух миллионов солнцеподобных, развивающихся в сходных с нами условиях. В одной лишь видимой части нашего небосвода галактик — «сестер» нашей Галактики — несть числа!

Сорок лет назад в рассказе-гипотезе «Взрыв», опубликованном в журнале «Вокруг света», мною высказано предположение, что загадочный взрыв в тунгусской тайге в 1908 году, сопоставимый по силе с термоядерными взрывами, был вызван аварией чужепланетного корабля, пытавшегося сделать посадку на Землю. Гипотеза и возмутила, и заинтриговала многих. В район взрыва отправились десятки научных экспедиций. Даже главный конструктор космических кораблей Сергей Павлович Королев послал туда оснащенную экспедицию с заданием найти хоть что-нибудь от инопланетного корабля.

К сожалению, на месте взрыва не удалось обнаружить ни единого кусочка ни метеорита, ни «марсианского корабля». Не так давно на президиуме Сибирского отделения АН СССР Н. В. Васильев докладывал, что ни одна из ортодоксальных теорий, основывающаяся на «естественном происхождении» тунгусского взрыва, не смогла объяснить всех аномалий этого явления. В особенности петлеобразного движения как бы управляемого перед взрывом тела, радиоактивности годовых колец деревьев и торфа. Не говоря уж о мутациях растений и насекомых. Словом, фантазия оказалась нужной науке.

А тут еще неожиданная находка, о которой лишь мечтал академик Королев. Кусок неизвестно чего, а может быть, внеземного аппарата, был все-таки найден. Правда, в 1975 году и далеко от тунгусской тайги, в Коми АССР, на берегу речки Вашки. Кусок был инженерной конструкции, часть кольца или цилиндра диаметром 1,2 метра, весом в полтора килограмма. Состав его поставил ученых в тупик: редкоземельные элементы были такой чистоты и редких соотношений, какие на Земле в наше время с помощью известных технологий не получить. И лежал кусок на точном продолжении траектории полета тунгусского тела. Казалось бы, совершенно несвязанные факты вдруг выстраиваются в одну линию и с открытием американского астронома Джона Бигбю, обнаружившего на околоземных орбитах десять космических объектов, не запущенных ни в СССР, ни в США. Они получили название «лун Бигбю». Астроном вычислил их орбиты и обнаружил, что все они сошлись в одной точке, составляя до 18 декабря 1955 года одно тело. Бигбю сообщил об этом в журнале «Икарус» в 1967 году. Советский ученый Сергей Петрович Божич высказал гипотезу, смысл ее станет ясным из новой моей повести «Надежанна, дочь неба», которую я намерен предложить читателям журнала «Природа и человек».

...Космонавт Георгий Тимофеевич Береговой подарил ему свою книгу «Угол атаки». В ней он утверждает, что конструкция лунохода во всех деталях была описана еще в повести Казанцева «Лунная дорога» задолго до полета космического корабля на Луну. И это не просто комплимент. На счету писателя-фантаста немало технических изобретений.

В 1939 году А. П. Казанцев участвует в оборудовании советского павильона международной выставки «Мир сегодня» в Нью-Йорке. Впечатления, которые он там приобрел, помогли ему сделать столь достоверными фантастические романы «Пылающий остров», «Арктический мост», «Мол Северный», «Льды возвращаются».

— Александр Петрович, уделяя большое внимание в своем творчестве межпланетным цивилизациям, вы все же не отрываетесь от Земли, от ее бед, задач, свершений. Так посмотрим же глазами писателя-фантаста в завтрашний день: что вы можете сказать о будущем нашей цивилизации, и в частности экологии?

— Вы задаете мне вопрос чрезвычайной важности. Он касается всего человечества, а не только нашей страны, и я попытаюсь ответить на него, как это следует сделать в условиях гласности и перестройки, ставших символами нашего времени.

Как инженер, реально мыслящий, я считаю, что в современных условиях миру не обойтись без использования ядерной энергии. Использовать ее можно, как подтверждено достижениями, в самых различных областях нашей деятельности. В том числе и на атомных электростанциях. Но, как писатель, я слышу упреки моих героев из фантастического завтра. Ведь они вправе спросить нас: почему вы строили ядерные электростанции вблизи крупных индустриальных центров? Почему помещали атомные реакторы на поверхности земли? Ведь в одном из городов Франции стена АЭС выходит прямо на проезжую улицу, как перворазрядный отель. Спросят они и о том, почему мы были так близоруки и расточительны.

Что им ответить, нашим потомкам, которые получат в наследство все нами сделанное и изуродованное? Объяснять, что XIX и XX века — время стремительного развития промышленности, время соревнования: строить быстрее и грандиознее. Да, действительно, создаются новые мощные предприятия: горнодобывающие, металлургические, химические. Изобретаются новые машины. Но чем поразительнее достижения, тем неизбежнее мы сами себе создаем кризисные ситуации. Продовольственный кризис — нехватка питательных белков для стремительно возрастающего поколения Земли. Энергетический кризис — истощение добываемых из недр природных ресурсов. Экологический кризис — самый грозный протест Природы, от которой мы стремились взять больше, чем она может дать без ущерба для себя. В неистовой свистопляске насыщения рынка товарами их производили все в большем количестве, не задумываясь о рубцах и шрамах, остающихся на земле, о загубленных реках, отравленных промышленными и бытовыми стоками, об уничтоженных лесах и отравленной атмосфере.

И для всего этого требовалась энергия, энергия, энергия...

Правомерно обращение к такому источнику энергии, как атомная. Нам потребовались новые материалы, такие, как уран, графит с содержанием примесей в миллионные доли процента. Не имела в ту пору наша промышленность ни таких материалов, ни технологии их получения. Все приходилось создавать заново, да еще и в немыслимые сроки, диктуемые западной атомной дипломатией.

Первый реактор был построен благодаря научным достижениям таких ученых, как Курчатов, Харитон, Александров, и их сподвижников. Построен оправданно, с некоторым риском на поверхности земли. Отряд молодых инженеров-энтузиастов, техников, рабочих создал, казалось бы, немыслимое. Однако механическое перенесение первого удачного опыта на все области нашего хозяйства повторили по нашему примеру и зарубежные фирмы. А они привели к неверным хозяйственным решениям, к таким, когда сиюминутная выгода вытесняла дальновидный расчет.

Объяснить нашим потомкам причины такого отношения к земле и ее природным ресурсам мы сможем, но малое им будет утешение от такого объяснения.

Всем нам, живущим на Земле, давно пора понять, что, устранив первую опасность исчезновения жизни — военную ядерную катастрофу, нельзя забывать ни на минуту о второй, не менее для нас опасной, чем ядерная зима, экологической катастрофе. Так не пора ли перестать рубить сук нашего Дерева Жизни?

Но вернемся снова к строительству атомных станций на поверхности земли.

Можно ли уповать, что авария в Чернобыле будет последней и нечто подобное не произойдет у нас или за рубежом? Ведь и до Чернобыля в мире происходили аварии на АЭС. Можно ли надеяться в полной мере на сложнейшие системы защиты? Чем совершеннее техника, тем большая квалификация и безошибочность требуются от обслуживающего персонала. А не ошибается только тот, кто ничего не делает. Время перестройки — это признание сделанных ошибок. С очень строгих позиций можно утверждать, что на «авось» надеяться нельзя. Нет гарантии в безопасности АЭС даже при самом честном отношении к своим служебным обязанностям. А если авария произойдет по чьей-либо злой воле?

— Вы что же, Александр Петрович, в наш атомный век всех нас хотите оставить без атомной энергии?

— Вовсе нет. Я начал с того, что стою за строительство АЭС. Но не по бездумным проектам. Я обращался и обращаюсь сегодня ко всем авторитетным инстанциям и призываю, что НЕЛЬЗЯ СТРОИТЬ АЭС НА ПОВЕРХНОСТИ ЗЕМЛИ. И тем более у крупных населенных пунктов. Их следует сооружать под землей, где в случае беды легко изолировать от окружающей  местности. Предвижу упреки о дороговизне. Но роем же шахты глубиной в километр, чтобы взять каменноугольный пласт! Сооружаем же мы метрополитен по всему миру с несчетными станциями, каждая из которых вместит реакторный зал АЭС. Учесть эти соображения нужно не только при проектировании новых станций. Надо решиться на то, чтобы постепенно перенести под землю существующие реакторы. Если разобраться, то эта проблема неизмеримо значимее даже поворота сибирских рек, к счастью неосуществленного, или загрязнения священного Байкала.

 

— Александр Петрович, допустим, что ваше предостережение будет услышано и реакторы атомных станций уйдут под землю или вообще с Земли. Но энергия-то нам будет нужна. Какие ее источники видите вы, как фантаст, в грядущем?

— Уверен, что потомки вряд ли будут сжигать, как это делаем мы, ископаемое горючее. Они оставят его для других нужд, как, например, для получения одежды, искусственной пищи, инженерных конструкций... Вероятно, основную часть энергии даст Солнце, но возьмет ее человек не с помощью зеркал, нагревающих паровые котлы, а скорее всего при использовании ветра. Причем ветряки, пусть даже самые совершенные, не решат глобальных задач. Человек обратится к волнующемуся океану. Его волны, рожденные солнцем, могут служить неиссякаемым источником энергии, для использования которой могу назвать множество способов. Укажу лишь один, не требующий ничего другого, кроме уже освоенных агрегатов.

Как известно, нефть со дна моря добывают с платформ. Предусмотри подобную платформу для того, чтобы пробегающая под нею волна поднимала поплавок, приводящий в движение воздушный насос, и получишь энергию океанского волнения. Насосы качают воздух в закрытые резервуары с рабочей водой, скажем, до давления в десять атмосфер. Если воду под таким давлением пустить на лопасти турбин, она уподобится струе из водохранилища, подпертого плотиной в сто метров высотой. На этих же платформах будут размещены и турбины с электрогенераторами и воздушными насосами, ибо электроток гораздо легче подавать по кабелям на берег, чем сжатый до десяти атмосфер воздух. И это по всему миру!

Люди должны понять, что океаны и моря надо рассматривать как неиссякаемую кладовую солнечной энергии, заключенной в волне. Волны Каспия могут дать столько энергии, что ее хватит для всех нужд республики. Волны Средиземного моря дадут энергию для превращения Сахары в цветущий край, каким она была сотню тысяч лет назад. Атлантический океан даст столько энергии всем нуждающимся в ней народам, что устранит опасность засух для европейских и африканских стран. В конце концов, остро встанет проблема дальнейшего развития автомобильного транспорта. Его заменят электромобили. И не только с аккумуляторами, заряженными электротоком от океанской волны, но и с водородными элементами. Водород-то при избытке энергии электролизом проще простого получить из воды. А водородный элемент даст ток на электродвигатели у автомобильных колес. Но это уже задание для ученых грядущего века. Чтобы осуществить такую программу, нужны не только идеи, но и немалые средства. Спрятать атом в безопасные для людей подземелья, получить волновую энергию можно за счет сокращения ядерных и космических вооружений. Вот почему я не устаю повторять: «Главное для человечества — это отказ от войн и подготовки к ним, уничтожение всех видов оружия, только тогда будет мир!» Благодаря новым открытиям мы можем рассчитывать на блестящее будущее.

Океаны разделяют материки. Но океаны — общее достояние человечества. И я мечтаю о том времени, когда они будут давать людям энергию для мирных целей, когда не будет висеть над нами домоклов меч ядерного и лазерного оружия. Мало кто из фантастов решился бы даже в фантастическом плане делать ставку на то, что «лучами смерти», описанными Уэллсом в «Войне миров» и Толстым в «Гиперболоиде инженера Гарина», можно перехватить все ракеты противника. Стратегическая оборонная инициатива, которую так широко пропагандируют на Западе, это не фантазия, не утопия, а грубый обман налогоплательщиков.

Известный французский писатель и общественный деятель, лауреат международной Ленинской премии «За укрепление мира между народами» Эрве Базен однажды сказал, что проблема мира настолько серьезна, что ее, очевидно, все боятся. За исключением фантастов. Я писал о многом здесь затронутом в своем романе-мечте «Купол Надежды», во многом отталкиваясь от мыслей покойного академика А. Н. Несмеянова. Ныне я думаю о лице Земли: каким оно станет через тысячу лет, когда вернутся мои космические путешественники, побывав в других масштабах времени и познакомившись с разными стадиями развития человечества? Сопровождать их в этом путешествии и будут читатели вашего журнала, которых заинтересует повесть «Надежанна, дочь неба». Я же в заключение хочу сказать: «Разум человеческий, познающий законы Природы, чтобы сберечь ее и себя, восторжествует, не может не восторжествовать!»