Все года
1958 1960
1961 1962
1964 1965
1967 1968
1969 1972
1973 1974
1975 1976
1977 1978
1979 1980
1982 1983
1984 1986
1987 1988
1989 1990
1993 1994
1999
По алфавиту

МИР ИСКАТЕЛЕЙ

РАЗМЫШЛЕНИЯ НАД КНИГОЙ

Я смотрю на новую книгу научной фантастики «Синий мир», кни­гу вдумчивого писателя с проникающим, ищущим взглядом, обра­щенным в неведомую романтическую «синь»...

Четыре рассказа и две повести Юрия Тупицына, летчика по про­фессии и фантаста по призванию, не только переносят читателя в обстановку «необыкновенного», но и заставляют поразмыслить о многом.

Ю. Тупицын не принадлежит к той группе «новаторов от литера­туры», которые под прикрытием туманного понятия «философской фантастики» пытаются уйти от реальности или Эзоповым языком от­рицать действительность.

Для Тупицына фантастика существует не ради «фантастичности». Она для него тем значительнее, чем реалистичнее.

Автор увлечен техникой и ее грядущими достижениями. Сво­им творчеством он отвергает нелепые запреты некоторых ретивых поборников «философской фантастики» на технические темы, презрительно именуемые «техническими побрякушками». Ему чуждо мещанское любование «комфортом будущего».

Тупицына глубоко захватывают тенденции развития науки и тех­ники. И он отваживается не только назвать их, но в своей повести «Безумие» показать технологию творчества и сущность исканий, которые в наше время плодотворны только тогда, когда в них принимают участие многие, разносторонние умы. В этой повести фантаст показывает процесс создания качественно более совершен­ных электронно-вычислительных машин. Кто знает, может быть его мысли окажутся плодотворными даже и для кибернетиков!

Конечно, горизонты Тупицына отнюдь не ограничены техникой, он затрагивает и проблемы биологии, психологии, морали.

Человечество ныне вступило в такую эпоху развития цивилиза­ции, когда наука стала производительной силой.

Роль науки в дальнейшем будет все возрастать, грядущие ее достижения необозримы.

Подходить к этим достижениям можно по-разному. На недавнем Международном симпозиуме, проведенном в Баракане (не фан­тастов, а ученых!) по вопросу о межзвездных связях с инопланет­ными цивилизациями, в числе выступавших был профессор Массачузетского политехнического института мистер Минский. Прогно­зируя, с кем же можно установить связь через космос, он выска­зал «сенсационную» мысль о том, что, поскольку за последнее де­сятилетие объем информации, прошедшей через электронно-вычи­слительные машины возрос в миллион раз, надо думать, через пятьдесят лет слабый и неразумный род человеческий должен бу­дет уступить на Земле свое место...  электронным машинам. Гово­рить всерьез о столь нелестном для человечества прогнозе, ко­нечно, трудно. Но подобная мысль могла зародиться у почтенно­го американского профессора лишь благодаря непониманию того, что не человек порочен сам по себе, а порочно устройство его общества, знакомого профессору Минскому по стране, где челове­ческие пороки и «неразумие» проявляются с особой яркостью.

Люди, восхищенные нашими успехами, порой восклицают, что «действительность обогнала мечту». Простительное, но глубокое заблуждение! Действительность способна обогнать лишь вчераш­нюю мечту. Мне уже приходилось сравнивать мечту с прожекто­ром на корабле прогресса. Сегодня корабль плывет там, где вче­ра светил лишь луч мечты, но теперь он с борта корабля светит уже в завтра. Человек, единственный из всех живущих на Земле, способен мечтать. И никогда нельзя обогнать собственный взгляд вперед.

Этот взгляд и отражает научная фантастика.

О ней много спорят, противопоставляют мечте использование фантастических ситуаций для мрачных выводов возможного раз­вития человечества, безысходных тупиков и невообразимых ужа­сов. Такие произведения принято называть «антиутопиями» или рома­нами предупреждений. Они широко распространены на Западе (и в Японии].

Талантливый польский фантаст Станислав Лем, анализируя за­дачи фантастики, замечает, что литература должна пользоваться веерным исследованием пути развития цивилизации, то есть ху­дожественно показать тупик вырождения или даже полного исчезно­вения жизни с Земли. Рядом — расцвет ультракапиталистического рая; еще при одном взгляде вперед (с поворотом на один румб!) — представить себе некую «муравьиную цивилизацию обез­личенных людей»... Еще один румб и взгляд — и не менее мрачная картина тирании, диктата и беспросветного угнетения. И лишь в одном из лучей «исследовательского веера» на равных со всеми другими можно разрешить себе увидеть и коммунистическое об­щество.

Можно не соглашаться с Лемом, противопоставлять ему с его «веерным методом» оптимистическую фантастику социалистиче­ского реализма, но нельзя не видеть последователей Лема и в на­шей литературе. Их следовало бы предостеречь от перенесения западных методов на советскую почву, от узкого понимания литературы только как одной из форм исследования жизни. В равной мере это относится и к тем, кто считает, будто гриф «фантастика» снимает с писателя всякую ответственность за правдивость или прав­доподобие повествования.

Беда, когда фантаст, оказавшись во власти лишь одного лите­ратурного приема, начинает накручивать фантастику ради фантасти­ки. Это не может не завести в тупик, ибо это противоречит основе литературы — отражать жизнь в зеркале действительности. Правда, в фантастике это зеркало может быть увеличивающим, волшебным, показывающим тупик или просторы грядущего. Но все равно это зеркало жизни. Как только нарушены законы отражения жизни, зеркало становится кривым...

Конечно, нельзя предписать фантастике развиваться одним толь­ко путем. Любые формы фантастической литературы будут при­няты читателем, если они служат нашему общему делу, если они не претендуют на некую «надклассовость» суждений и изображе­ния жизни.

Творчество в жизни играет немалую роль, в особенности ког­да речь идет о созидателях. Вот почему меня привлекает первая книга Тупицына, его рассказы об открывателях и испытателях но­вого, искателях непроторенных путей, будь то в космосе, на дру­гих планетах или в дебрях Африки («Дьяволы»).

Кстати, о непроторенных путях в науке и отражении их в ли­тературе. По этому поводу велись жаркие споры.

Так, профессор Д. Франк-Каменский утверждал в «Литератур­ной газете», что научная фантастика не может быть сегодня источ­ником новых идей, новых открытий. А вот академик А. Ребиндер в той же газете отводит фантастике роль кресала, способного вы­сечь искру в душе человека (в том числе и ученого). Академик же П. Федоренко считает даже своим служебным долгом читать научную фантастику, отыскивая в ней предвидения.

Можно вспомнить, что не только ученые социалистического ла­геря с дружеским интересом пристально следят за советской фан­тастикой, даже сотрудники пресловутого Центрального разведыва­тельного управления США (ЦРУ) штудируют советскую научную фантастику, стараясь выудить из нее возможные, а может быть, и уже сделанные открытия или шедевры техники.

Величайшее достижение нашего века — вступление Человека в космос — не только приковало общественное мнение всего мира к советской науке и технике, сделавшей первые шаги в завоевании космоса, но и вынесло фантастическую литературу на гребень вол­ны читательского интереса.

К фантастике потянулись люди любого возраста, восхищенные достижениями науки и пытающиеся увидеть ее новые пути.

Правильное понимание современных тенденций развития нау­ки и техники всегда подскажет, на каких путях можно ожидать но­вых открытий, диктуемых прогрессом.

К эпохальным открытиям будущего я отнес бы прежде все­го раскрытие существа материальной субстанции, составляющей межзвездный вакуум. Использование «бесплатной» энергии ваку­ума, заключенной повсюду, — сказочная задача и сказочная сила грядущего Человечества.

Но это как бы при взгляде в необозримую даль.

Прежде человечеству еще придется решать вопросы своего существования на Земле, на этом, как теперь говорят, «космиче­ском корабле» с многомиллиардным составом экипажа и пассажи­ров.

Кораблю «Земля» угрожает энергетический голод — в обозри­мом будущем начнут иссякать топливные запасы (если мыслить не столетиями, а даже тысячелетиями!), грозит «кислородное го­лодание», как космонавтам из-за неисправности аппаратуры реге­нерации воздуха. Причина — в загрязнении земной атмосферы и среды обитания человека. Грозит людям когда-нибудь и истоще­ние богатства недр, превращение полезных ископаемых в неис­пользуемые отходы или ржавчину (аналогично израсходованию всех трюмных запасов корабля]. И, наконец, все больше станет ощу­щаться недостаток пищи для всех путешествующих в неразумно возрастающем числе на перегруженном корабле «Земля» в меж­звездном пространстве вакуума...

Научные открытия неизбежно появятся именно на путях реше­ния всех этих «проклятых вопросов».

Мне кажется, что «представление об энергетическом голоде» в будущие тысячелетия рождено, с одной стороны, ошибочным под­счетом энерговооруженности, возрастающей по геометрической прогрессии. С другой стороны, страх этот порожден вчерашними взглядами на способы получения энергии. Мы все еще жжем уголь, газ, нефть, уничтожая ценнейшее сырье, столь нужное грядущим поколениям. Мы загрязняем воздух отработанными газами, увеличивая в атмосфере содержание углекислоты, которая препятствует нормальному теплоизлучению планеты-корабля. Мы заражаем отхо­дами производства водоемы, эти «хранилища жизни и красоты».

Но даже ядерная энергия в масштабе сотен тысяч лет зем­ной жизни не выручит «пассажиров» космического корабля «Зем­ля». Наша планета миллионы лет живет в установленном режиме. Она излучает столько же тепла, сколько получает от Солнца. Ес­ли же нарушить этот баланс, то Земля станет получать больше энергии, чем получала прежде от Солнца, а излучать в пространст­во будет прежнее количество тепла до тех пор, пока не нагреется настолько, чтобы излучение увеличилось. Это неизбежно поведет к перегреву «космического корабля», чего так опасаются всегда конструкторы реальных космических аппаратов.

В чем же выход! Очевидно их два: противостоять перегреву Земли и его последствиям или... не допускать перегрева, ограни­чиваясь использованием лишь той энергии, которую щедро дарит нам Солнце в виде энергии ветра, рек, морей, нагретых слоев возду­ха, воды и пространств суши.

Солнечные батареи, которыми вооружены сегодня наши кос­мические аппараты, завтра должны стать и основой энергетики космического корабля «Земля».

Помимо энергетического побежден будет, конечно, и голод в прямом его смысле. Человечество не обойдется в грядущем без СИНТЕТИЧЕСКОЙ ПИЩИ. Научные открытия в этой области, уже сделанные или подготовленные развитием науки, дают возможность получить, как мечтал Тимирязев, ХЛЕБ ИЗ ВОЗДУХА! Питательные белки, НИЧЕМ НЕ ОТЛИЧАЮЩИЕСЯ ОТ ЖИВОТНЫХ ИЛИ РАСТИ­ТЕЛЬНЫХ, будут изготовляться на химических заводах уже не в «живых машинах» (в растениях и животных), а в котлах, кубах и змее­виках. И разместятся такие заводы на миллиардной доле современ­ных посевных площадей. Какие просторы освободятся людям для лесов и жилья!

Новые открытия преобразуют и «внутренность» этого корабля. Изменится соотношение суши и океанов, обитаемой станет и вод­ная среда! Человек научится дышать под водой!

Но стоит вспомнить, что Земля — это не только земная кора.

Мы пока мало знаем о земной мантии и тем менее о земном ядре, которое считается железоникелевым. А если так, то о каком металлическом голоде может идти речь в грядущем! Будут сделаны открытия, которые позволят человеку добывать все нужное ему из самых глубоких недр планеты, вплоть до ее ядра.

И о любом из этих предчувствуемых открытий может быть написано научно-фантастическое произведение, зовущее не блуждать в потемках мрачных прогнозов, а видеть светлое будущее, которое добудет себе человек-творец.

В мире желанного будущего, на новом уровне развития общества еще больше станет забота о здоровье и долголетии человека, что отнюдь не приведет к его личному бессмертию и «отмиранию без рождения» новых поколений. Нет! Человечество бессмертно в своей общности, в неизменной и животворящей смен поколений! На этом пути заботы о живущих решающим открытием, которое еще предстоит описать фантастам, станет «управление генами, в том числе борьба с «испорченными генетическими записями», являющимися причиной многих страшных недугов, включая рак. Открытия в области управления наследственностью позволят не только уберечь человека от болезней и преждевременной старости, но и усовершенствовать его. Новый пассажир космического корабля «Земля» будет сильнее, здоровее своих предков, впервые осмысливших свой межзвездный галактический полет лет.

И, конечно же, несчетные открытия будут сделаны теми, кто вслед за Юрием Гагариным и космическими автопилотами-роботами будет открывать новые миры иных планет.

Эти открытия и делают герои книги «Синий мир» Тупицын. Они открывают новые планеты, совершают галактические рейсы! Тупицын не преподносит читателю открытие новых двойников 3емли. его планета Орнитерра таит в себе поистине неожиданные сюрпризы, которые, казалось бы, и предугадать нельзя.

В четырех рассказах своей книги Ю. Тупицын переносит читателя в мир, где космические полеты — обыденность, нечто достигнутое, обычное, служащее ненасытному стремлению человека к знанию, к открытиям. Однако наибольшим открытием для самого Тупицына становится ЧЕЛОВЕК, человек того времени, куда он стремится в своей мечте заглянуть.

Наш век характерен ПРИМАТОМ ОБРАЗОВАНИЯ НАД ВОСПИ­ТАНИЕМ. Пожалуй, пренебрежительное отношение к литературе и искусству со стороны некоторых мужей науки происходит оттого, что, получив образование в определенной области, они не полу­чили достаточного ВОСПИТАНИЯ (не в части правил хорошего то­на, а в восприятии всей полноты мира).

В своих фантастических книгах мы мечтаем о человеке буду­щего, всесторонне развитом, воспитанном, прекрасном. При этом следует помнить, что достигнуто это будет не биологическим из­менением человека, не вековой подготовкой его для жизни в об­ществе будущего, а тем же самым периодом детства и юношест­ва, как и в наши дни.

Очевидно, понадобятся подлинные ОТКРЫТИЯ в области вос­питания, чтобы сделать человека именно таким, каким его хо­чется представить. И для этого раскрыт будет и механизм гипно­за и запоминания во сне, тайна памяти и сила убеждений, приме­ра, внушения. Вместе с эффективными способами воздействия на мышление все это приведет к ОТКРЫТИЮ НОВЫХ СОВЕРШЕННЫХ МЕТОДОВ ВОСПИТАНИЯ. И открытия эти будут, возможно, более значительными по своей роли для развития цивилизации, чем все, что может дать физика, энергетика или пищевая индустрия. Нау­ка должна открыть наилучший способ ФОРМИРОВАНИЯ ПРЕКРАС­НОГО ЧЕЛОВЕКА.

Потребность в решении этой глубочайшей проблемы ощуща­ется и сейчас, когда подавляющая часть нынешних детей воспи­тывается родителями, подчас не имеющими ни малейшего понятия о методах воспитания. Трепанацию черепа для операции мозга далеко не всякий возьмется сделать, а формировать юный мозг, воспитывать НОВОГО ЧЕЛОВЕКА берется всяк, порой сам лишен­ный нужных моральных качеств, чтобы быть примером. Современ­ная школа, в основном, занята передачей школьникам информации для необходимых в жизни знаний. Воспитанию же, к сожалению, отводится все-таки второстепенное место. Незнающему ученику не дадут аттестата зрелости, а недостаточно воспитанному, но успе­вающему дадут непременно. Исключения составляют лишь неко­торые специальные учебные заведения.

Научная фантастика, будоражащая мысль, привлекает к себе самых различных читателей. Немало людей из них потом входят в армию энтузиастов науки и техники. Чтобы стать искателем и твор­цом нового, нужно полюбить науку и технику, заболеть какой-ни­будь проблемой, стать готовым посвятить жизнь ее решению.

В Дубне в Объединенном институте ядерных исследований мне привелось встретиться с учеными. После моего выступления ко мне подошел один из молодых физиков и признался, что он стал физи­ком, прочтя роман «Пылающий остров», печатавшийся когда-то в «Пионерской правде». Надо ли говорить, как я был рад!..

И сейчас я чувствую глубокое удовлетворение, когда своей вступительной статьей ввожу в литературную жизнь нового фан­таста Юрия Тупицына, который не только увидел, но и сумел по­казать рукой художника «Синий мир» своей мечты.

АЛЕКСАНДР КАЗАНЦЕВ